— Вполне естественно, — сказал я, — хотя вообще-то не тебе бы об этом говорить.

Я осторожно приподнялся, подвинулся назад и прислонился спиной к изголовью, затем взглянул на Чарльза Симбелина, своего босса и директора «Аркосекта» — компании, в которой было всего около пятидесяти сотрудников. Он тоже выглядел дерьмово, — впрочем, он так всегда выглядел. У него были светлые волосы, тощая фигура, носил он дорогие костюмы, нуждавшиеся в тщательном уходе, курил сигареты без фильтра — не могу понять, что он в них нашел, — и был совершенно мертвым. Чарльз Симбелин был оживленным трупом, по его сосудам текли консерванты, кожа походила на старые перчатки, сквозь нее просвечивали кости, металлические детали и, кое-где, кибернетические механизмы, помогавшие ему двигаться. Сознание его хранилось в кристалле, располагавшемся среди гнили, которая когда-то была его мозгом. Я толком не знал, зачем он решил сохранить свое прежнее, умершее тело, — он мог позволить себе голема или искусственно выращенный живой организм. Сам он говорил, что теперь люди меньше докучают ему. Так оно и было.

— Итак, мы потеряли хранилище данных, — произнес Симбелин и затянулся сигаретой. Из-под его рубашки показались кольца дыма, — видимо, дым проходил сквозь дыры в прогнившей грудной клетке. Он сидел в моем любимом кресле. Если бы я собирался оставаться здесь, мне, скорее всего, пришлось бы его потом чистить.

— Видимо, да, — ответил я.

— Она пытала тебя, и ты отдал его, — сказал Чарльз. — Я думал, ты крепкий парень.

— Она пытала меня ради развлечения, и я думал, что, возможно, смогу потянуть время до твоего прибытия. Но потом она вколола мне наркотики, которые за пределами Батианского следственного изолятора обычному человеку невозможно достать. А вообще, если бы передо мной встал выбор — умереть или отдать эту штуку… Ты платишь мне не так много, чтобы я выбрал первое.

— Вот как? — Он кивнул, скрипнув шеей, и стряхнул пепел на мой ковер.