В конце концов Цаган-Хану это надоело, и он нанес отцу нынешнего князя ответный визит вежливости, в котором принял посильное участие и я, будучи советником при командире 2-го бронедивизиона Монгольской Народной армии. Во время этого визита папаша Дэван неожиданно скончался, после того как его кочевье навестила авиаэскадрилья, а нынешний князь почел за благо принять все условия победителей, выплатить в качестве компенсации 12 000 лян серебра и выдать 50 000 баранов и 3 000 верблюдов. Я на всю жизнь запомнил эту ревущую и блеющую "контрибуцию", которую наш бронедивизион сопровождал к Цаган-Батору…

С тех пор правитель Внутренней Монголии соблюдал по отношению к России, МНР и Северной Маньчжурии почтительный нейтралитет, на собственной шкуре уяснив как вредно для здоровья задирать грозных соседей. Его уважение к нашим силам простиралось так далеко, что когда японо-китайцы попробовали мобилизовать "армию" Внутренней Монголии для войны с нами, князь Дэван, не сказав худого слова, дал тягу в Цаган-Батор и попросил у Романа Федоровича Унгерна принять его земли в состав МНР или, на худой конец, предоставить ему политическое убежище вместе с его семьей, пятью кавалерийскими дивизиями, артполком и охранным батальоном, а также десятком тысяч кочевых аратов. Мудрый Унгерн принял блудного сына монгольского народа под свою руку и тут же отправил три дивизии и артполк на Маньчжурский фронт, основательно разбавив эти, с позволения сказать, "войска" собственными цириками. Оставшиеся две дивизии свели в один корпус (равный по численности усиленной кавбригаде) и отправили к Джихархану, обозвав этот кошмар "Народно-освободительной армией Внутренней Монголии". Командует этой армией сам князь Дэван, собственной персоной.

Вчера их светлость приезжала к нам знакомиться вместе с многочисленной свитой. Приказано было принять этих папуасов по высшему разряду. Что мы и сделали.

Для начала продемонстрировали дикарям танковую атаку, со стрельбой и гонками по степи.