Как мы ни старались, самураи пёрли словно бешеные, и нам пришлось отступать. Немного, но пришлось. Казаки и ополченцы дрались до последнего патрона, до последней гранаты, в плен никто не сдавался. Знали, себя быстро кончишь, а там помучаться придётся, и ещё как. В последнее время у жёлтых мода пошла захваченных на колья сажать. Причём так наловчились, сволочи, что человек на колу бывало, трое суток мучается прежде чем Богу душу отдать. К нам из политотдела приезжали, рассказывали. И фотографии были, замученных, казнённых, распятых на дверях фанз. С распоротыми животами и выколотыми глазами. Я в Испании всякого насмотрелся, но самураи далеко их переплюнули, а ещё себя цивилизованными считают. И истребителей у них море, всё небо обложили, ни одного вылета нормально не провести: и туда, и там, и обратно. В каждый вылет кто-то горел. У нас ещё не так, а в других частях вообще жуть- с начала боёв осталось по тридцать-сорок процентов лётного состава, а машин и того меньше.