Под низкими сводами кирпичного помещения мне пришлось пройти небольшой ломаный коридор. Он изгибался в двух местах, видимо для защиты от гранатных взрывов. В конце находилась дверь, обитая металлом, а может и цельнометаллическая — из-за ржавчины было трудно судить более точно. Стукнув несколько раз кулаком, я потянул ее на себя и вошел в комнатку. В прошлое свое посещения не сумел ее толком рассмотреть, зато сейчас ничто мне не мешало. Низкие потолки, примерно пять на семь метров, в противоположной стороне имеется еще одна дверь, по-видимому ведущая глубже под землю.

— Ты так и будешь глазеть по сторонам, товарищ ЛЕЙТЕНАНТ госбезопасности — проговорил командир батальона, едко выделив мое новообретенное звание — зачем пришел, докладывай?

— Товарищ майор, я хотел бы получить разрешение на выход в город, товарищ комиссар запретил покидать казарму, а мне любопытно пройтись, осмотреться…

— …На баб посмотреть, бордели осмотреть…уж говорил бы, как оно на самом деле есть. Хочешь гулять — гуляй, запрет на выход только для солдат и командиров батальона, стрелкового батальона, а ты у нас командир из другой службы, в пору мне самому у тебя разрешения спрашивать. У тебя, да твоих друзей-снайперов… вот ступила же блажь Красильникову насчет ваших званий. Ладно, ступай куда хочешь, но не забывай об инструкциях, и еще — там приходил ко мне твой бывший взводный, жаловался, что ты автомат забрал и не возвращаешь, что за дела?

— А-аа, это…так я просто в ночь брал на выход, в смысле, на задержание. Сейчас верну обязательно.

— Ну тогда прощай, хотя подожди-ка, что там произошло у тебя ночью. Мне тут нарочный доставил документ от Корнева — знаком такой? — так он в нем тебя особо отмечает, как примерного и отличного командира.

Пришлось задержаться еще минут на двадцать, чтобы все разложить по полочкам и подробно рассказать о ночных событиях.