Ладно. Я — спать. Вроде поныла достаточно. Внутри полегчало. Да и… на работу рано вставать. Даже будучи школьной лаборанткой, я работаю на другом конце города. Мрак… Но хватит о грустном. Спокойной ночи самой лучшей в мире мне…

А еще я туалеты мою. Не хотела писать, но чего уж там. Вряд ли кто еще это прочтет. По ночам… в школе. Круто, да? Днем стесняюсь, а ночью можно. А что, удобно! Еще и охраной можно подрабатывать: по понедельникам, средам и пятницам. На печенье хватает. На одежду нет. Все. Бай.

Понедельник

02:12

Сижу в туалете и драю его. Терпеть не могу это больше всего. Мне хочется есть, очень хочется спать. Но, стиснув зубы, я не буду рыдать.

А ничего так стихи получились. Цепляют… Могла бы и поэтом стать. А что? Только лень — великое дело в наше время.

Так. Надо описать события сегодняшнего дня. Ну… я встала, увидела, что проспала, и вылетела без завтрака и зонта. На улице, понятно, лил дождь. С моим-то везением. На автобус я опоздала, маршрутка окатила водой из лужи, залив по самую шею, еще и молния ударила в рядом стоящий дуб. Мокрая, взвинченная и злая до школы я добежала в рекордные сроки, преодолев пять километров нашего небольшого городка, кстати, расположенного рядом со столицей. Не опоздала! Что показательно. Но эксперименты не клеились, химик при виде меня взвизгнул — я влетела в кабинет без стука, врезав по двери ногой, и с мокрыми, упавшими на лицо волосами… — так что его можно понять. А еще заходил директор и спросил: «Кто этот бомж?» — глядя на меня. Все еще немного бледный химик объяснял, что я — это я. Я как раз смогла снять грязный плащ и убрать с лица шевелюру. Протянутую руку директор почему-то не пожал. Ну и не очень-то и надо.

Я еще не надоела своим нытьем? Впрочем, неважно. Надо писать все! Только тогда стану ярым оптимистом и на хрен изменю всю свою жизнь.