О вестниках Тьмы. Он мне вообще рассказал обо всех существах этого мира, о которых знал сам. И еще о нескольких, которых не знал. Тут он просто пересказал слова своего учителя. Вот и этого он описывал с его слов – черный грон с крыльями, подобный виару, но не виар. Его глаза красны, как пламя преисподней, он шипит, как гады, и приходит, чтобы оставить на угодной душе метку. Угодной Тьме. Чтобы демоны Зыби смогли легко отыскать ее, когда понадобится. Если увидишь такую – беги. Беги, пока метка не появилась на тебе.

Но я и не думал бежать. Сотворив слабенький общий «щит» против первого круга стихийных плетений, я замер…

– Только световики могут совладать с этой тварью. Слышишь меня, Изгой? – Альтор рассказывал, даже продолжая собирать зерна айкаса. Только отсутствие вина могло остановить потоки его слов. Да и то не остановить, а лишь перенаправить в другое русло, и он начинал говорить только об отсутствии вина и о том, как ему плохо без глотка хорского.

…Я идиот. Какой «щит» против стихий?

Вестник склонил набок голову, посмотрел на меня с интересом, издал звук, похожий на отрыжку, и, развернувшись, прыгнул в сторону окна. Длинный прыжок, почти через половину комнаты. Он легко прошел сквозь бычий пузырь, оставив на нем только черное мокрое пятно. Но уже спустя секунду раздался мерзкий, чавкающий звук, и пятно просочилось вслед за остальной частью себя. Я облегченно выдохнул. Слава Великому Номану, эта тварь решила уйти. Засунув нож за пояс, я вытер со лба пот и задумался.

Зачем вестник приходил сюда? Неужели…

Развернувшись, я испуганно посмотрел на девушку. Неужели Тьма решила забрать ее душу? Неужели…

Раздавшийся со стороны двери звук заставил сердце провалиться в пятки. Не соображая, что делаю, я машинально сплел боевое заклинание первого круга и бросил его за спину. Никого в этом доме я уже не хотел убивать. Никого. Поэтому использовал всего лишь «оглушение». Но, когда обернулся, успел пожалеть о том, что так легко поддался страху.