Так я впервые узнал о Панкерте. И впервые столкнулся с проблемой Кабенга. В тот вечер я не знал еще, что Кабенг изменит всю мою жизнь. И жизнь всего человечества.

Но я чувствовал, что, это, возможно, самое серьезное задание в моей жизни.

Через месяц я знал это наверняка. Я вылетел на Кабенг с приказом: побывать на планете и вернуться. Любой ценой. Потому что ставка в игре, в которую мы оказались втянутыми помимо нашей воли, была слишком велика.

Лучше бы я отдохнул.

Лучше бы я хорошенько отоспался за восемнадцать суток полета на "Лонготоре". Или привел бы в порядок свою переписку. Или прочитал бы, наконец, "Энаду" Гроссона. Или, в конце концов, просто провалял бы дурака. По крайней мере, я не чувствовал бы себя тогда полным идиотом, не умеющим как следует работать с информацией. Да и голова тогда работала бы гораздо лучше.

Но нет, весь полет, все восемнадцать суток я занимался исключительно информационным поиском. Я спал урывками, от случая к случаю, я ел, не отключая аппаратуру, я даже забывал сделать зарядку и все без толку. Смешно - я надеялся нащупать что-то, укрывшееся от пяти лучших инфоров Академии, изучавших проблему Кабенга в течении месяца перед моим отлетом. На пятнадцатые сутки полета я изучил их итоговый отчет. Мне стало бы смешно, если бы положение не было столь серьезным. Они тоже не нашли ответа, но то, что я с трудом проделал за две недели, заняло у них не больше двух дней.

Но мне этого было мало. Я все еще на что-то надеялся, и не прекратил поиска даже после того, как покинул борт "Лонготора". Капитан оказался мастером своего дела, он сбросил мою капсулу неподалеку от маяка системы, всего в сутках полета от Кабенга. И даже эти последние сутки я умудрился без остатка потратить на информационный поиск надеялся, что новая информация, поступившая с планеты, облегчит дело. Надежда, конечно, оказалась напрасной, ничего принципиально нового мне обнаружить не удалось.