Хорошо, что я от природы не комплексую на себе. У меня никогда не было осиной талии, а 90-60-90 получались только в сумме. Мой родитель мне в детстве говорил, что сердца я могу завоевать только делом, а не тем, как я выгляжу. Цитирую: «ты, мол, и сейчас не красавица, а когда вырастешь, еще хуже станешь», конец цитаты. Очень у меня родитель душевный был. Умел словом обогреть. Но польза от всего этого есть, как ни странно. Мне иногда, как всем теткам, хочется задом повилять, пококетничать, но, как правило, мое общение с противоположным полом строилось на другом, в смысле, собственно на общении, то есть на разговорах.

Мой вес упорно колебался около отметки семьдесят плюс-минус пять, но я называла себя исключительно блондинкой во всей полноте жизни. Учитывая то, что цвет моих волос в лучшем случае темно-русый, нетрудно понять, почему подавляющее большинство моих знакомых снисходительно улыбались в ответ на подобное утверждение, и считали меня неисправимой оптимисткой.

В этот раз мне повезло: к Чвокину я попала по знакомству. В игре «в дурака» с Судьбой мне, наконец, выпал маленький козырь. Антону было наплевать на мой вес, а его солидным клиентам это даже нравилось. По их мнению, я выглядела презентабельно, как какой-нибудь антикварный комод.

И вот теперь все закончилось…

– Ты че, мать, сдурела? – донесся Алкин крик со стороны моего совмещенного санузла. Я как будто очнулась и рванула на зов. Алка стояла перед стеклянной подзеркальной полочкой, уперев руки в боки, и негодовала. – Обросла банками, как пень опятами, – возмущалась подруга. – И, главное, все какая-то гадость! Где ты ее только берешь?

– И ничего и не гадость! – Обиделась я. – Очень полезная вещь! Старость – дело стремное. Туда еще добровольно никто не сдавался. А эти кремы борются со старением.