–Мне недолго осталось жить, но свои последние часы я проживу как воин, а не как лабораторная крыса!!!

Йон не успел ответить: его прервал тонкий голос щенка. Пока взрослые рычали друг на друга, юный Тим робко вышел из шлюзовой камеры и сейчас стоял возле ниши в белой стене.

–Отец, что это? – спросил щенок.

Все обернулись. Криг заставил себя проглотить гневный ответ и, нетерпеливо дергая хвостом, подпрыгнул к нише.

–Где? Там? – он поднял взгляд и застыл.

Подбежали Йон и Утна, державшая на руках второго щенка. Криг их не заметил.

Забыв о дыхании, он смотрел в окно.

За окном не было ничего странного. Вполне обычная горная долина, бездонное предрассветное небо, где одиноко плыло облако. Солнце еще не взошло, но его лучи уже окрасили кайму далеких гор в бесподобный пурпур. Совсем рядом с окном росло большое дерево, изумрудные листья шелестели на ветру. Где-то внизу, едва видимая в полумраке, беззвучно текла река.

Криг ощутил, будто у него из под ног внезапно выдернули почву. Он схватился за подоконник, чтобы не упасть. Позади слышалось судорожное дыхание динго и веселое тявканье щенят.

–Клянусь именем... – прошептал Йон. – Мы жалкие, смешные безумцы...

Криг зажмурился.

–Корабля не существует? – вопрос прозвучал так беспомощно, что маленький Тим весело рассмеялся. Йон и Утна переглянулись.

–Я должен был догадаться раньше, – нервно заметил динго. – При атомарном сжатии масса никуда не исчезает. Каждая эвокамера должна весить как небольшая планета, какой корабль сможет ее поднять?

–В действительности, инерция не доставляет проблем, – спокойно ответил чей-то незнакомый голос. – Есть способ отклонить импульс в иное измерение.

Все обернулись. Возле шлюзовой камеры стояло невысокое двуногое существо с плоским лицом, лишенным шерсти. Подробности телосложения скрывал белый халат, на голове росли короткие волосы.