- Как патетично, - издевательски произнес второй голос, и Марта снова зарычала.- Как патетично! Вот скажи мне, ты сильный боец, мудрый человек, ты тратишь свой талант ради тех, что бродят толпами по этой вселенской помойке?

Так? И ради чего? Ради соблюдения порядка, установленного твоими предками? Это хорошо. Нет, я не издеваюсь, это действительно хорошо.

Но объясни мне, неужели ты считаешь, что этот порядок создавался для них. Ради того, во что они превратились? Я не спорю, сто, двести лет назад они были чем-то. Они были сильны, они доминировали... Такие, как ты, стояли на страже их интересов в нашем балансе, такие, как ты, были в почете. И таких, как ты, убивали, как бешеных собак, сжигая на кострах, вешая, колесуя и просто расстреливая те, кого вы же и защищали. Но и это было хорошо, потому что в этом была красота вашего подвига. Его не смогли оценить. Это было геройство в чистом виде. Но теперь все изменилось. Теперь ты - ничто... Ну, может быть, почти ничто. Конечно, эти жалкие оборванцы все еще почитают тебя, как легенду, как вечного героя, но это лишь отсветы прежней вашей славы, прежней вашей силы, которая веками прикрывала ваш род мистическим щитом. Даже теперь, когда эти недоумки вырождаются стремительней, чем появляются на свет, они все еще готовы растерзать тебя, несмотря ни на какую Легенду! За тот самый ящик консервов, за канистру воды, за одно упоминание о том, что в этот склад можно попасть... Они же дикари, просто дикари... Мир пришел к началу, так зачем же ты продолжаешь хвататься за старое?

Либер помолчал, видимо собираясь с мыслями. Я медленно начал подниматься с ящиков, на которых лежал...

- Ты веришь в судьбу? - спросил Либер.

- Ой, не начинай... Я даже знаю, что ты скажешь. Мол, это твоя судьба, твое предназначение...

- Да, я тут буду не оригинален. Ты даже можешь возразить, что, мол, судьбы нет, и все такое. И ты будешь прав относительно себя или тех, которые шляются по помойкам.