Когда в половине седьмого утра Хелена открыла глаза, голова болела немилосердно. Слегка перепив, она всегда просыпалась наутро очень рано. Теперь она лежала в кровати, вытянувшись во весь рост, руки по бокам. Положение «смирно» лежа. Словно бы во сне она боялась пошевелиться, чтобы случайно не коснуться Пера, лежащего рядом, в нескольких сантиметрах. Она посмотрела на него. Он спал, глубоко и спокойно дыша, завернувшись в одеяло. Только темные курчавые волосы торчали наружу.

В доме было тихо, лишь Спенсер тихонько похрапывал на полу. Он еще не заметил, что она проснулась. Хелена ощущала тошноту, все тело ломило. Она лежала, уставившись в белый потолок. Прошло несколько секунд, прежде чем она вспомнила о вчерашних событиях.

«Нет, — подумала она. — Нет, нет, только не это». Ревность Пера не раз доставляла ей неприятности, хотя в последние годы ситуация улучшилась, этого она не могла отрицать. И вот новая вспышка. Все равно что бухнуться с размаху в грязную лужу. Стыд жег ее изнутри, когда она пыталась осознать масштабы происшедшего. И дело не только в ней и Пере. Вечеринка. Друзья. Все начиналось так хорошо. После ужина пошли танцевать. Рука Кристиана и впрямь скользнула ниже, чем следовало, когда они слились в медленном танце. Она подумала, что надо бы вернуть его руку на место, но была слишком пьяна, чтобы всерьез этим обеспокоиться.

Затем ее внезапно вырвали из блаженного, расслабленного состояния. Пер крепко схватил ее за руку и поволок на веранду. Все это было так неожиданно, что она даже не протестовала. Когда они оказались на улице, он обрушил на нее поток упреков. Она пришла в ярость. Стала кричать на него, плеваться и шипеть. Он тряс ее за плечи, она ударила его, стала царапаться и кусаться. В конце концов он залепил ей пощечину. Она бросилась в ванную.