— Спокойно, спокойно… что случилось?

— Анна, ты знаешь гномий язык?

— Нет, а зачем вам?

Подруги как-то сразу завяли, а потом нехотя рассказали женщине о странной особенности Хлои.

— так. А это распространяется только на гномий язык?

— Н-не знаю…

— Dihte-tich all`mane?

— Ich.

Хлоя сначала ответила, потом подумал. Потом села на кресло и с тоской уставилась в окно.

— Что это был за язык?

— Аллеман. Язык одной северной страны… ты его тоже не знала до сегодняшнего утра, Хлоя?

— Нет, и… — девушка попыталась объяснить странное ощущение, преследовавшее её. — Мне кажется, что я знаю все языки в мире, но забыла о том, что я их знаю! Однако, стоит мне услышать какой-нибудь язык или прочитать хоть строчку — я сразу "вспоминаю" его целиком.

— Удивительно! — Анна не сводила глаз с подруг. — Знаете, надо вас как можно скорее к магу отправлять. А то что-то много странностей… Кстати, Хлоя, ты вчера ничего необычного не делала, не слышал, не нюхала?

— Нет, — не задумываясь, ответила девушка, но только потом вспомнила о картах. Но промолчала — вначале нужно самой убедиться, что именно тесный контакт с картой привёл к таким последствиям.

Сказав, что у неё от всего произошедшего разболелась голова (что было недалеко от истины), Хлоя скрылась в сове комнате, как только закончился ужин.

Девушка взяла в руки клятую карту с изображением мужчины со свитком и осторожно поднесла к глазам — ничего не произошло. Да и к тому же эта карта — единственная из всех двадцати двух — не отдавала тепло в ответ на прикосновение, она теперь стала прохладной, будто покрылась тонкой застывшей плёнкой.