Стивен вскочил, едва не опрокинув стул, и кинулся выключать свои приборы. Затем придирчиво провел ревизию, проверяя, не греются ли контакты, не тлеет ли где обмотка. Все оказалось в порядке, и Стивен собрался уже облегченно вздохнуть, когда вдруг ощутил чье-то присутствие. Он резко оглянулся - и застыл с открытым ртом.

Было от чего опешить. В нескольких шагах от себя Стивен увидел человека шести футов ростом, казавшегося еще выше из-за своего необыкновенно высокого цилиндра. Человек стоял совершенно неподвижно, вытянувшись и держа руки по швам. Одет он был весьма странно: очень высокий стоячий крахмальный воротничок с сильно вытянутыми остроугольными концами, шелковый шейный платок серого цвета, длинный темный сюртук, отороченный по краям шелком, лиловые брюки и остроносые, до блеска начищенные черные ботинки. Стивену пришлось немного откинуться назад, чтобы как следует рассмотреть лицо. Оно было красивое, бронзовое, как от южного загара, с большими темными глазами. Пышные усы свисали книзу и соприкасались у углов нижней челюсти с тщательно подстриженными бакенбардами. Подбородок и щеки в свободных от бакенбардов местах были гладко выбриты. В целом лицо это напоминало ассирийские изваяния.

Что же до наряда, то при всей своей вычурности он выглядел весьма элегантно и в другой ситуации был бы, наверно, вполне уместен.

Незнакомец первым нарушил молчание:

- Я прибыл, - с подчеркнутой многозначительностью объявил он.

- Э-э... да... вижу, но... э-э... я не совсем...

- Вы меня вызывали. Я прибыл, - повторил незнакомец так, точно этими словами все объяснялось.

Совершенно озадаченный, Стивен хмуро возразил:

- Я вообще молчал. Я просто сидел здесь и...

- Вы напрасно волнуетесь. Уверен, что вы не пожалеете.

- Я не волнуюсь. Я просто ничего не понимаю...