Уж если и существует жизнь после смерти, то шансов оказаться в аду куда больше.

А у любого робота теперь будет шанс очутиться в раю. И жить там. Практически вечно. Без страданий, не старея, новой жизнью, яркой и наполненной смыслом…

Создания утерли нос создателям.

Творения одурачили творцов.

И перехитрили Смерть.

За что же им такая привилегия?

Разве это не люди тысячи лет мечтали о бессмертии? Разве не они искали философский камень и доказательства существования души? Они! Всю свою историю человечество жаждало вечной жизни для каждого своего члена.

А роботы — не сделав ничего, ничего не создав, лишь прислуживая, обрели то, о чем люди мечтали, но что никогда не получат?

Разве это справедливо?..

Служба утилизации немного задержалась, и Ата нервничала — дочка вот-вот должна была вернуться домой.

— Быстрей! — торопила она утилизаторов, двух мужчин в оранжевых спецовках, разбирающих Роба.

Робот послушно стоял, когда у него откручивали руки. потом лег на живот и вытянул ноги. Он молчал — синтезатор речи отключили в первую очередь. Но его глаза выдавали смятение.

— Выносите! — велела Ата, бросив взгляд на часы.

Утилизаторы ее послушались, они привыкли слушаться людей, у которых был свой дом, большой и богато обставленный. Подхватив робота и его конечности, они, пятясь, вышли за дверь и направились к ярко-рыжему фургону, на котором черной краской был намалеван равносторонний треугольник со стилизованным изображением кувалды в центре.

— Подождите! — из-за фургона шагнул высокий человек в черном, немного старомодном костюме. — Что случилось? Где хозяйка? Не уносите его!

Утилизаторы остановились, переглянулись неуверенно. Один что-то буркнул сердито, второй согласно кивнул.

— Почему встали? — на крыльце появилась Ата, подперла бока руками. Утилизаторы затравлено обернулись, боком, по-крабьи двинулись к открытому фургону, но путь им преградил мужчина в костюме: