Поскольку не было ничего необычного в том, чтобы всадники работали с книгами в обширных архивах Игипса, Ф’лессан, всадник бронзового Голант’а, не удивился, увидев погруженную в чтение девушку, в которой, по шнуру на плече, опознал зеленую всадницу из Залива Монако. Его скорее удивило то, что в читальном зале главного архива во время праздника Окончания Оборота вообще кто-то работает. Сегодня все планеты, оба континента — Северный и Южный — официально отмечают начало тридцать первого Оборота этого, как надеялись люди, последнего Прохождения. Даже сквозь толстые стены здания он слышал гул барабанов и по временам звуки медных инструментов с площади Встреч.

Почему девушка, тем более — зеленая всадница, не танцует вместе со всеми? И почему не танцует он?.. Ф’лессан поморщился. Он упорно пытался бороться с приобретенной в этом Прохождении репутацией ветреника, охочего до женщин. В этом, впрочем, он не отличался от большинства бронзовых и коричневых всадников. «Ты просто более заметен», — в своей обычной откровенной манере объяснила ему Миррим. Миррим изумила всех, начиная с себя самой, когда на Рождении в Бенден-Вейре запечатлила зеленую Пат’у. То, что она стала спутницей Т’геллана, немного смягчило ее характер, но Ф’лессану она всегда высказывала свое мнение откровенно.

Девушка была погружена в изучение карты-вкладки, изображающей планетную систему Ракбата, разложив ее перед собой на столе. Не каждый выберет такую книгу, подумал Ф’лессан.

Многие из всадников помоложе, которым через шестнадцать Оборотов суждено было увидеть конец этого Прохождения, учились сейчас различным ремеслам: так они смогут прожить и после того, как Вейры перестанут играть традиционную роль, — а значит, и получать положенную десятину.