- Интересно, - процедила сквозь зубы Анастасия.

Свеча в ее руке опять качнулась, и теперь в глубине зеркала появился человек неопределенных лет. Он сидел в железнодорожном вагоне у окна. На его желтоватое костистое лицо с резко очерченными скулами падали отсветы проносившихся за окном фонарей. У человека были абсолютно белые волосы до плеч. Он наливал вино в стакан и улыбался.

- Этого еще не хватало! - воскликнула Анастасия.

Изображение тут же пропало. В черной поверхности зеркала теперь не отражался даже огонек свечи.

- И кто же все это объяснит, если я ничегошеньки не понимаю?! раздраженно пробормотала Анастасия.

______________________

* Эпиграфы взяты из стихотворения Николая Гумилева "Заблудившийся трамвай".

__________________________

Она вышла в коридор, как была, в одной ночной сорочке, со свечою в руке и направилась к соседней двери.

- Викентий Викентьевич! - Анастасия постучала по фанере костяшками пальцев.

Несмотря на поздний (или, быть может, ранний ) час, в комнате не спали: изнутри доносилась шумная возня, бросанье предметов и ругань. Лишь после третьего стука дверь наконец приоткрылась, и наружу высунулся толстенький коротышка в одних пижамных полосатых штанах, босиком. Он близоруко щурился и поглаживал ладонями круглый, как арбуз, живот, покрытый черной растительностью.

- Чем могу служить, сударыня? - спросил он с легким поклоном. Случилось что-то экстраординарное?

- Вот именно. У старухи родился сын.

- Младенец? - уточнил Викентий Викентьевич.

- Нет, сразу взрослый. Вор и бродяга.

- Ну, такое частенько случается. Стоит ли из-за подобной мелочи вскакивать посреди ночи?

- А если я скажу, что господин Фарн направляется к нам?