По всему выходило, что его услугами решила воспользоваться организация, объединившая думающих людей разгромленного рейха, которым удалось вовремя уйти и от бешеного гнева Республики, и от холодного пристального внимания союзников. Настоящие цели и задачи этой организации были темны и загадочны, действовала она крайне грамотно и, если надо, жестко. Следовательно, заказ будет связан с высокой степенью риска. Значит, и оплата должна соответствовать.

Уже завершая комплектацию досье, полковник встретился со стареньким, тихо доживающим свой век французом, в свое время сподобившимся по заданию правительств разных держав побывать в самых странных и довольно опасных уголках планеты. В беседе с ним Граев обронил имя, связанное с организацией. Француз оживился, принялся сыпать байками и случаями из жизни, в числе прочего сообщил, что упомянутое лицо одно время проходило подготовку у людей, близких Черному Барону, засевшему в глухой изоляции на территории Внутренней Монголии.

Граев заинтересованности не показал, но информацию к сведению принял. Сейчас, присматриваясь к собеседнику, он вспомнил слова старого авантюриста. Вот уже второй раз за короткое время на ум пришла Монголия. Значит, действительно за многоуровневой системой посредников, анонимных нанимателей и групп фанатиков стояли люди Черного Барона.

Делиться догадками с человеком, назвавшимся Олегом Павловичем, не стоило, и Граев ответил обтекаемо:

— Скажем так, я выяснил достаточно для того, чтобы выслушать ваше предложение.

Обмен репликами прервался — подали заказанные напитки.

Полковник указал «гостю» на меню, напомнил:

— Штрудель. Искренне рекомендую.

— О да, да! — И Олег Павлович обратился к кельнеру. На хорошем немецком, отметил Граев. Впрочем, выраженный славянский акцент имелся.

Оставшись наедине, собеседники вернулись к обсуждению заказа.

— Итак, господин полковник, наше предложение состоит в следующем.