— А тетя Клава знает, откуда тебя к ней подбросили?

— Моя маманя земная знает, я ей говорил. Но она не верит. Она повелела мне в тряпицу помалкивать, а то подумают, что я психоненормальный. Это я только тебе, по дружеству…

— Не бойся, куманек, я тебя никому не выдам. Вот если бы ты со шпионским заданием к нам прибыл, если б ты резидентом был, я бы тебя своею собственной рукой укокошил. Но ты, я вижу, вреда землянам не причинишь.

— Курв я буду, если причиню! — воскликнул Юрик.

— Только не «курв», а «курва», — поправил я иномирянина. — Пора бы тебе освоить кое-какие необходимые слова!

— Во-во! Давно пора! Но не ладится у меня дело с необходимыми словами. В кумианском языке похвалительных слов много, а вот осудительных — один, два, — и фиг с маслом. А ведь я здесь земной язык полностью должен в свой ум вобрать. Когда на Куму окончательно вернусь, я там профессором стану, специалистом по земной словесности.

— Ладно, Юрик, по части необходимых слов я над тобой шефство возьму. Буду расширять твой словесный кругозор.

— Спасибо, Фима!.. Обогащай меня!.. Беден, беден наш кумианский язык. Ведь вот, например, на букву «Д» только двумя словами я могу себя критиковать: «Уп — домтиа» и «Уп — дионлат».Это значит: «Я — непослушный» и «Я — слишкомнеторопливоработающий». А по-вашему, поземному, на эту букву — целая алмазная россыпь: я — дурак, дурень, дурошлеп, дуралей, двоечник, дармоед…

— Дебил, домушник, душегуб, держиморда, демагог, дегенерат, двурушник, диверсант, дебошир, — продолжил я.

— Боги мои, какое речное богатство! — восхищенно прошептал Юрик.

— Богатство речи, — поправил я иномирянина и добавил, что могу составить для него словарик строгих слов от слова «алкаш» до слова «ябеда», И он может взять его с собой на свою Куму. Но иномирянин ответил мне, что никаких книг, никаких записей увозить с Земли он не имеет права. Только то, что есть в голове!