А может быть так происходит потому, что ты этого просто не ждёшь. Когда Старший Брат уже приближался к каменной кромке, Легар увидел в небе тёмный силуэт спускающегося вниз гиппогрифа с сидящим на нём наездником. Он моментально вскочил на ноги и схватил лук и навадор. Правда, навадор, присев на корточки, пастух тут же положил на кошму и взял вместо него колчан со стрелами, забросил его за спину и встал перед вязанкой хвороста, чтобы в любую секунду толкнуть её ногой в тлеющий костерок. Он мог стоять в пещере во весь рост и, перемещаясь, стрелять по врагу и в темноте, но если тот бросится в неё, то ему придётся лезть через огонь. Грифон, громко хлопая крыльями и захлёбываясь клёкотом, приземлился на пологом склоне метрах в пятидесяти от входа в пещеру и тут же припал грудью к земле.

   С громким, мучительным стоном с него слез безоружный воин и, подняв руки вверх, стал подниматься к пещере. Он шел неуверенной походкой, спотыкаясь на каждом шагу, тяжело дыша и издавая громкие стоны. Через несколько шагов воин поднял голову и громко, надсадно прохрипел:

   - Парень, помоги мне, я умираю. У меня нет оружия.

   Воин не обманывал. Легар действительно не увидел ни в его руках, ни на поясе никакого оружия, хотя и обратил внимание, что на нём надеты золотистые чешуйчатые доспехи. Он быстро положил лук с колчаном, вооружился длинным кинжалом, позвал Клыка и вышел из пещеры. Полные Небесные Братья светили ярко и Легар хорошо рассмотрел воина - высокого роста, с непокрытой головой с седыми волосами, он был на редкость крепко сложен, просто кузнец какой-то, как только грифон мог поднимать его на себе в небо. Но больше всего Легара поразило его красное лицо. Оно, словно светилось изнутри, а глаза так и вовсе горели, как угли.

   Молодой пастух, сжимая в руке кинжал, смело шагнул к воину и тот, сняв с правой руки массивный, широкий золотой браслет, закрывающий собой тыльную часть ладони и охватывающий пальцы четырьмя перстнями со сверкающими камнями, качнулся вперёд, ухватил Легара левой рукой за правую руку, отчего он даже выронил свой кинжал, быстро надел ему браслет на руку и как только щёлкнули замки, со стоном упал на колени и сбивчиво, торопливо заговорил: