Когда Легар снова произнёс волшебные слова, доспехи опять появились на свет и вот что удивительно, золотой браслет сверкал поверх золотистой чешуи, каким-то хитроумным образом прикреплённой к странному материалу их подкладки. Он был похож на тонкую, изумительно нежную замшу, но отливал металлом и был, словно бы сплетён из тончайших нитей. Жаль только, что доспехи сидели на нём мешковато и не обтягивали тело, но это, как понял Легар, было делом поправимым. Юный рыцарь задумался, сделал доспехи невидимыми подошел к грифону и с вежливой улыбкой на лице, попросил его:

   - Буран, укуси меня за руку, но не оттяпай её. Просто с силой прикуси и всё.

   Грифон посмотрел на своего рыцаря с удивлением, но выполнил просьбу. Правда, мгновение спустя он с возмущением выплюнул левую руку Легара из клюва и обиженно заклекотал. Зато рыцарь почти ничего не почувствовал. Похоже, что доспехи продолжали защищать его тело даже не смотря на то, что он их не только не видел, но и не ощущал. При этом он чувствовал дуновение ветерка и когда снова полез в воду, то моментально намок. Когда же рыцарь протянул руку к Клыку, чтобы погладить пса, тот лизнул её и он почувствовал прикосновение его языка. Это окончательно развеселило Легара и, просохнув, он надел, поверх доспехов, взятую в дорогу одежду. Он специально, из всей имеющейся дома, выбрал самую просторную. Покончив с купаньем, Легар торжественно объявил своим спутникам, что сегодня у них разгрузочный день, а сам устроил себе небольшой пир и принялся трескать всё, что только нашел в обоих седельных сумках, после чего устроил той, которая принадлежала рыцарю неба Родесу, полную ревизию.

   Обе большие, туго набитые седельные сумки сэра Родеса, содержали в себе немало интересного. В одной он нашел складной, лёгкий, но мощный арбалет и три дюжины стрел к нему, хорошее дополнение к его блочному луку и, судя по подзорной трубе, дальнобойное.