– Я другого не понимаю, – сказал Лукашевич. – Почему наши противники выбрали американский серийный самолёт? По идее, они должны были бы выбрать «МиГ-29» или «Су-27» – такую машину, которая ассоциируется с Россией…

– А почему они должны были выбрать русскую машину? – тут же поинтересовался Вересов.

Друзья переглянулись.

– Вот ведь свиньи! – выругался Стуколин и почесал кулак. – Опять нас морочат! Опять разводят, как лохов! Сколько можно?!

Громов покачал головой и повернулся к Вересову:

– Нам сказали, Михаил Андреевич, что охраняемый борт попытаются сбить русские пилоты. Вы знаете об этом?

– А-а, это… – Вересов отмахнулся. – Я знаю, – сказал он, и его подопечные с заметным облегчением перевели дух. – Но дела это не меняет. И даже наоборот – упрощает вам задачу. Американец выпустил бы ракеты на средней дистанции и ушел бы к базе – это у них стандартная тактика. Наши, как вы знаете, предпочитают ближний бой. Значит, вы и будете иметь «Игл» в ближнем бою.

– Какая у «Игла» стандартная комплектация вооружений? – спросил Громов.

– Зависит от поставленной задачи, – ответил Вересов. – В данном случае «Игл» должен будет сбить один небольшой гражданский борт. Соответственно, он возьмёт стандартный комплект для воздушного боя: четыре или шесть ракет средней дальности «воздух-воздух» AIM-120 «AMRAAM» на пилонах под крыльями и шестиствольная 20-миллиметровая пушка М-61А1 «Vulcan» с боекомплектом на 940 снарядов в правом крыльевом наплыве.

– Плюс высокая скорость и манёвренность, – подытожил Стуколин. – Полный абзац!

– Какие у нас шансы остановить его? – задал новый вопрос Громов. – Расклад, очевидно, не в нашу пользу.

– Шансы невелики, – согласился «шкраб». – Но вас будет трое…

– Трое недоучек, – вставил Лукашевич.

Вересов посмотрел на него. А потом сказал очень проникновенно:

– Вот для того, чтобы наш противник встретил не «салаг», а серьёзных пилотов, мы здесь и собрались…