- Он непременно вернется, - уверил ее Малко.

Улыбка женщины стала еще шире.

- Могу ли я подождать его за вашим столиком? - спросила она. - Я не люблю сидеть одна.

7

От резкого выброса адреналина у Малко поднялось давление. Шурша шелками, роскошное создание, не ожидая ответа, уселось рядом с ним. Женщина положила длинные ноги одна на другую, разглядывая Малко с беззастенчивым и в то же время каким-то беспомощным выражением лица.

- Вы не говорите по-итальянски? - спросила она.

- Si [Да (ит.)], - сказал Малко.

- Ах, это замечательно! - Она протянула руку. - Меня зовут Фуския. Я наполовину итальянка. Знаю только несколько слов по-немецки. А господин Ламбрехт говорит по-итальянски?

- Не знаю, - ответил Малко.

- Я никогда не видела его, - призналась прекрасная мулатка. - Один мой друг попросил меня поужинать с господином Ламбрехтом, потому что сегодня вечером он один. Я надеюсь, он скоро придет?

На Малко нашло озарение. Немецкий журналист ведь говорил ему, что должен встретиться с Председателем Верховного революционного совета Сиадом Барре, это никак не совмещалось с любовным свиданием.

Фуския играла одним из браслетов, лицо ее ничего не выражало. Восхитительное животное, которое хочется тут же завалить на спину.

В другом конце зала возник его "гид". Казалось, челюсть "товарища" Мусы отвисла больше обычного. Его козлиная бородка плавала в стакане. Он бездарно делал вид, что ни Малко, ни его собеседница его не интересуют.

Малко пристально рассматривал пышное и чувственное создание, сидящее перед ним.

Чего она хочет на самом деле?

Он уже давно не верил в волшебные сказки.

- Я счастлив познакомиться с такой очаровательной дамой, - сказал он учтиво. - Однако, по-моему, Могадишо не богат на развлечения.

На лице Фускии появилась сокрушенная улыбка.

- После ухода из города итальянцев все словно вымерло. Я держу небольшую гостиницу с рестораном "Кроче дель Суль". Приходите как-нибудь поужинать. У меня повар-йеменец.