- Почему вы работаете на СНБ? - тихо спросил он.

Фуския не ответила. Малко запоздало подумал, что, в сущности, это неважно, к тому же на подобный вопрос слишком сложно ответить в двух словах.

- Вас попросили познакомиться со мной? - продолжал он. - Вы знали, что я не Хельмут Ламбрехт...

Она наклонила голову.

- Вы знали, что меня попытаются убить в "Террасе", - резким голосом проговорил он.

На этот раз она энергично замотала головой.

- Нет, нет, клянусь вам!

- Вы не случайно привели меня туда. - Он словно не услышал ее возгласа. - Вы сами выбрали место. Вы говорили со мной о Ламбрехте, зная, что я с ним знаком, что я разоблачу вашу ложь, если поговорю с немцем. Значит, вы были уверены, что я не вернусь.

- Я не знала, что вы знакомы с Ламбрехтом, - запротестовала Фуския. Клянусь вам. Мне сказали, что вас просто припугнут. И все.

- Кто сказал?

Она молча опустила голову. Малко подождал несколько секунд перед тем, как продолжить, стараясь определить границы ее покорности. Это - как сеанс гипноза. Есть барьеры, которые не уберешь. Во всяком случае, не сразу. Перевербовка агентов - целое искусство. Даже если имеешь дело с тропическим агентом.

- Почему меня хотели припугнуть? - настаивал он.

- Не знаю.

Тут она, конечно, говорит правду. Она ответила быстро, не раздумывая. Итак, даже не зная, что он собирается делать, СНБ и, возможно, КГБ стремятся лишить его уверенности в себе. Вывод только один: они хорошо знают, кто он...

- Вы знаете, кто я, Фуския? - поинтересовался он умышленно мягко.

Ужас мелькнул в больших карих глазах.

- Мне сказали, что вы американский шпион, - очень тихо ответила молодая женщина. - Агент ЦРУ.

По крайней мере, ситуация ясна. Малко холодно улыбнулся.

- Точно, Фуския. Я агент ЦРУ. И я опасен. Я могу стать очень опасным и для вас, если вы не будете делать то, что я скажу.

- Но я не могу ничего сделать! - простонала Фуския. - Вы не знаете, что такое - жить в Сомали. Я не могу даже покинуть страну. Иначе потеряю все, что имею.