Ну хоть этого-то на самом деле не было. У Кайта не было такой монеты, и он был достаточно смышлен, чтобы не разбрасываться своими волшебными игрушками. "Он был похож на меня?"

Она бросила ящерицу на песок. "Черт побери, зайчик, нет. Тот выглядел хорошо."

Он угрюмо посмотрел на камни, бутылки и мушкетные пули. "А монету он нашел?"

"Попробуй догадаться."

И она спрыгнула со стены в его объятья, ее рот прижался к его рту. Уксусом отдающий язык притронулся к его зубам, пока ее руки проделывали путь по его спине медленным чувственным прикосновением от затылка до нашлепки на джинсах. Она прижала, притиснула к нему свои бедра, дав ему время сжать ее груди.

Потом она толчком освободилась. "Глупый зайчик. Ты ведь идешь отпирать барак."

Возбужденный и взволнованный, он пошел к задним воротам. "Мэри?"

"Да?"

"Сколько у вас здесь спален?"

"Моя и ее, мамы и бабушки."

"Четыре комнаты на двоих?"

Безумная улыбка Мэри исчезла. "Тебе безопаснее побыть здесь, зайчик. Поверь мне."

Ночь он провел плохо. Возбужденного, боящегося скорпионов Кайта сон преследовал, но так и не добрался до него. В голове бессвязно крутились разнообразные схемы. Что бы он здесь ни нашел, это должно позволить ему многое, глубоко пустить корни, чтобы дать, наконец, волшебству и силе работать на него, а не на самих себя. Каро не смог выйти из этой игры, но Кайт сможет. А в этом месте есть золото - он его чует.

С рассветов возник звук наподобие медленного барабанного боя - бом, бом, бом -нерегулярные удары, природу которых он не смог определить. Магия просачивалась сквозь пол барака, заставляя сжиматься даже потроха в животе. На дрожащих ногах он на цыпочках выбрался наружу.

Пустыня пылала рассеянным золотым светом. Сороки собрались на доме, черными глазами заглядывая во двор. Кайт с удивлением увидел бурундуков, которые стоя на поленнице вытягивались, чтобы заглянуть поверх изгороди. Бабочки-монархи облепили грушевые деревья, хлопая крылышками в теплеющем воздухе.