Сейчас было без десяти три часа ночи, а Мартин Бек сидел на корточках возле кровати и спокойно, оценивающим взглядом изучал труп.
- Да, это Нюман, - сказал он.
- Похоже, что так.
Рэнн разбирал вещи на тумбочке. Внезапно он зевнул и в полном сознании своей вины прикрыл рот ладонью.
Мартин Бек бросил на него быстрый взгляд и спросил:
- А хронометраж у тебя хоть какой-нибудь есть?
- Есть,- ответил Рэнн.
Он достал блокнот, где у него было что-то записано убористым почерком, надел очки и стал монотонно читать.
- "Сестра открыла двери в два часа десять минут. Она не видела и не слышала ничего подозрительного, а просто шла с обычным обходом, поглядеть, как себя чувствуют больные. Нюман уже был мертв. Она набрала номер полиции в два часа одиннадцать минут. Радиопатруль получил сигнал тревоги в два часа двенадцать минут. Они находились на Оденплан и ехали оттуда не то три, не то четыре минуты. В два часа семнадцать минут они доложили уголовной полиции о случившемся. Я пришел в двадцать две минуты. Позвонил тебе в двадцать девять. Ты прибыл без шестнадцати три".
Рэнн взглянул на свои часы.
- Сейчас без восьми три. Когда я пришел, Нюман был мертв от силы полчаса.
- Это сказал врач?
- Нет, это я говорю. Вроде как мое заключение. По температуре тела... Свертыванию крови...
Он умолк, словно решив, что с его стороны было дерзостью делать собственные заключения.
Мартин Бек задумчиво тер переносицу большим и указательным пальцами правой руки.
- Очень быстро все произошло,- наконец проговорил он.
Рэнн не отозвался. Вероятно, думал о чем-то другом. Немного спустя он заметил:
- Так ты понимаешь, почему я тебя вызвал? Не потому, что...
Он замолчал. Он явно затруднялся высказать свою мысль.
- Не почему?
- Не потому, что Нюман был полицейским комиссаром, а... вот поэтому.
Он сделал неопределенный жест в сторону трупа и сказал:
- Его попросту зарезали, как скотину.
Немного помолчав, он добавил:
- Я думаю, тот, кто его убил, был абсолютно невменяем.
Мартин Бек кивнул.
- Да,- сказал он.- Похоже на то.
VII