— А что, если она вздумает предъявить на него свои права? Скажем, заявит, что у нее ребенок от Джина?

Линда нахмурилась.

— Да, это меня беспокоит, конечно, но, я думаю, зачем Вайе возвращаться в замок? Здесь ей не нравилось, а вот Южную Калифорнию она полюбила, бог весть почему. Главное, что, как говорит Джин, с Вайей все кончено. Он не хочет, чтобы она возвращалась.

Они довольно долго молча шагали по каменному коридору, прежде чем Линда снова заговорила:

— Ладно, готова признать, в твоих словах что-то есть. Но знаешь… Я сказала, что меня мучают сомнения, однако не из-за того, что Джин может завести роман в каком-нибудь очередном безумном мире. У меня какое-то предчувствие, что после свадьбы он снова может впасть в уныние. Ну, тебе известно, как это с ним иногда бывает. Станет хандрить, скучать и смотреть на меня с таким видом, словно хочет сказать: «И с чего это мы вздумали пожениться?»

— И в том, что у него плохое настроение, будет обвинять тебя.

— Вот именно. А на самом деле он просто из тех мужчин, которые сами не знают, чего хотят.

Они вошли в обеденный зал и направились к длинному столу, чтобы присоединиться к обедающим. Тут любой мог найти что-нибудь на свой вкус: от изобилия блюд просто глаза разбегались.

— Привет-привет! — радостно воскликнул лорд Питер Такстон.

— Привет! — Линда положила на тарелку немного тушеной баранины и уселась за стол. — А я думала, вы с мистером Далтоном тоже на вечеринке у Джина.

— Да мы сейчас идем, — откликнулся Клив Далтон и яростно взглянул на лорда Питера. — Просто он потребовал, чтобы мы сначала пообедали.

— Никто не обещал, что на вечеринке будут хорошо кормить, — с негодованием парировал лорд Питер.