Он вопросительно взглянул на друзей. Дэвид пожал плечами.

— Черт ее знает,— ответил он.— Может, экспериментальная модель. Как раз проводились испытания, и вот, пожалуйста...

Тоби вылез из канавы и сел за руль автомобиля.

— Сгребай наш хлам обратно в машину, Дирк,— приказал он,— рыбалка отменяется. Я очень удивлюсь, если кто-нибудь выжил после такого крушения. Но наш долг — поехать и проверить.

Когда они добрались до места катастрофы, было уже около восьми часов. Дорога закончилась за добрую милю до самолета, и им пришлось идти через лес пешком.

Огромный самолет лежал на лесной прогалине. Позади него тянулся след искореженных и поломанных деревьев. Хвостовая часть отломилась и торчала вертикально; передняя часть представляла собой бесформенную груду обломков. Середина была серьезно деформирована и покрыта глубокими трещинами. Но даже сейчас было заметно, что форма его отличается от обычной. Дэвид, разглядывая обломки, невольно удивился, как при таком ударе самолет вообще не разорвало в клочья.

Приятели вышли на прогалину, и Дирк снова задал свой вопрос:

— Слушайте, что это такое? Я готов поклясться, эта штука вообще мало похожа на самолет!

Вблизи летательный аппарат казался не менее странным. Дэвид побрел вдоль борта, надеясь разыскать название. Массивные стальные листы были смяты, как бумага; острые, зазубренные края торчали то там, то сям, напоминая рыбьи кости. Номер и название модели самолета остались неизвестными, погребенные среди куч оплавленного металла. Дэвид уже возвращался назад, когда раздался возглас Тоби. У его ног лежал кусок стальной обшивки, на котором виднелись слабые следы краски и очертания трех букв.

— Г-А-Н,— прочитал он.— Какая это может быть страна? Дэвид озадаченно нахмурился. Затем еще раз взглянул на самолет, словно не веря своим глазам.