Мало кто мог устоять перед подобным соблазном. В ситуации, когда тебя официально считают рехнувшимся, есть определенные преимущества.

Три недели совместного полета конвой сопровождал Лайминга в мрачном безмолвии, каким обычно окружают в семье слабоумного родственника. Он чуть не взбесился от нетерпения, максимальная скорость конвоя была куда меньше, чем у его корабля, и необходимость приноравливаться к кораблям-тихоходам вызывала у него досаду автогонщика, вынужденного следовать за похоронной процессией.

Сирианский линкор "Воссун", здоровенный неуклюжий дредноут, был главным виновником их неторопливого шествия. Он плелся, как разжиревший бегемот, одолеваемый одышкой, и все остальные, более скоростные крейсера и истребители были вынуждены подстраиваться под него. Лайминг не знал названия этого корабля, но понимал, что перед ним линкор, поскольку на инфракрасном экране тот походил на светящуюся горошину в окружении огненных булавочных головок. Каждый раз, когда Лайминг видел эту горошину, он отпускал в ее адрес грязное ругательство. Однажды, выпуская пары в очередной раз, он услышал, как включился динамик и впервые за много дней произнес:

- Понк!

- Понк? Какой еще, к черту, понк?

Лайминг вспомнил, что это слово обозначало нечто очень важное. Он спешно пролистал книгу кодов и нашел: "Враг в поле зрения".

Он внимательно осмотрелся, но его приборы не фиксировали неприятеля. Наверно, вражеские корабли находились вне зоны обнаружения его локаторов и были замечены летящим Далеко впереди авангардом, состоявшим из четырех эсминцев.

- Волна Ф, - приказал динамик.

Значит, готовясь к сражению, они поменяли частоту сигналов. Лайминг переключился с диапазона Т на диапазон Ф.

Из динамика посыпались отрывистые рапорты кораблей конвоя.

- Резервная группа, влево двадцать, отклонение двенадцать.