— Рамман Никэйн, граф Янамари.

Молодой человек старался говорить тихо, но его слова произвели эффект выстрела картечной гранаты — сражены оказались все пятеро служащих сразу.

— Простите, милорд… — стеклянноглазый сразу оживился. — Повторите, пожалуйста, милорд…

Пришлось снова назваться.

— Вы не будете против, если придется обождать здесь четверть часика? Его светлость пока немного занят.

— Ничего, ничего… — пробормотал Рамман.

Ему тоже срочно требовалась передышка, чтобы собраться с мыслями перед встречей с человеком… с тем мужчиной, с которым мать… со своим кровным отцом, в общем.

Собственно, юноша уже сто раз обдумал каждое слово, отшлифовал интонацию, осталось только встретиться взглядом и посметь открыть рот в присутствии графа Эска.

Ровнехонько через пятнадцать минут в приемной появился некий господин с повадками породистого кота и молча поманил Раммана, жестом приглашая следовать за собой.

В какое-то другое время юноша обратил бы внимание на внутренние интерьеры «Гнезда Эсков», славящиеся среди знатоков подлинной старины уникальностью и богатством, но сейчас он был настолько взволнован, что никого и ничего вокруг не замечал.

— Соблаговолите войти, лорд Никэйн, — молвил секретарь, распахивая перед посетителем дверь кабинета.

Рамман сделал три шага, каждый следующий нерешительнее предыдущего, и замер. За массивным столом лицом к нему, спиной к окну сидел Аластар Дагманд Эск и что-то писал.

— Гм… Здравствуйте, милорд.

Ответом стала тишина, нарушаемая только скрипом пера по бумаге.

— Здр…

— Добрый день.

Глаза у мужчины в полумраке светились живым золотом. Он отложил на специальную бронзовую подставку перо, закрыл крышечкой чернильницу, ожидая, когда гость начнет излагать суть дела.

Юноша откашлялся и сделал еще несколько шагов вперед, прежде чем заговорить: