Но тут случилось непредвиденное. Во-первых, деньги оказались пропиты слишком быстро - трудно ли умеючи, а во-вторых, вокруг Юрика стали виться люди совершенно не его круга. Про одного удалось точно выяснить, что это - журналист, а второй, кажется, заканчивал юрфак университета и был сыном адвоката. - Этих двоих не трогать ни под каким видом, - сказал своим ребятам Шрамов. - И сами перед ними не светитесь. Дождитесь, пока он будет один. Будет пьяный хорошо. Нет - сами напоите. В общем, как хотите, но чтобы к завтрашнему утру его можно было хоронить. Инструктаж Олег провел довольно подробный, но всего предусмотреть нельзя, и свое напутствие он закончил так: - Если что - решайте по обстановке. Думайте своими головами. Ведь на что-то же они у вас к плечам присобачены. А когда мальчики ушли, Олег позвонил по телефону некоему Бесу и сказал ему: - Слыхал, что с Чабаном стало? Бес, очевидно, ответил утвердительно, потому что Шрамов продолжил так: - Ну вот. Он должен был сегодня дело одно сделать. Обязательно сегодня, отложить нельзя - уж сколько откладывали... На Парковой, 26, квартира 11. Так вот, он должен был туда идти, а сам подох, скотина. Я на это дело молодых послал, но боюсь, не случилось бы чего. Ты бы съездил, приглядел за ними, чтобы все чисто было. Дальше пошло уточнение деталей, причем Беса не требовалось инструктировать по поводу мелочей - он все понимал с полуслова. Может, его следовало привлечь к этому делу в качестве главного действующего лица - но Олег подумал об этом слишком поздно. Когда стройный план ломается из-за какой-то нелепой случайности, любой начинает совершать ошибки. А с другой стороны, Бес мог потребовать подтверждения приказа от самого Корня, который не любит, когда его беспокоят по таким пустякам.