Что?.. Его спутник, очевидно, принял парня в камуфляже и с автоматом за спецназовца или омоновца. Он мгновенно бросил пистолет, поднял руки вверх и закричал: - Эй! Кончай! не стреляй! Это не я!!! Бандит имел в виду, что это не он убил тут кучу народу. Однако выглядело это так, словно он отрекался от самого себя. - Всем лежать!!! - заорал Чудновский, пиная брошенный пистолет ногой и пуская очередь в землю. Прямо у его ног оказался радиотелефон Жука, и Арик растоптал его каблуком. - Еще оружие есть?! - выкрикнул он, встав прямо над упавшими на землю бандитами. - Одно лишнее движение - и вы трупы. В клубе части чуть ли не каждое воскресенье показывали американские боевики. Там подобные сцены повторялись с регулярностью, достойной лучшего применения. Тем не менее Арик вел себя совершенно непрофессионально. Спец по рукопашному бою в этой позиции мог вырубить его одним ударом ноги. Но Жук и его напарник, хоть и занимались восточными единоборствами и бодибилдингом в свободное от противоправных деяний время, не умели применять эти навыки в боевой обстановке. А сейчас они были еще и парализованы страхом. Автомат - не игрушка. Поэтому Жук осторожно извлек свою пушку и отбросил ее в сторону. В голове он прокручивал варианты отмазок, все еще считая, что это арест. Но единственное, что ему приходило в голову - это то, что его пистолет совсем новый, и из него ни разу не стреляли. И мало того, что Жук об этом подумал - он еще и выболтал это Чудновскому. - Брось, начальник! - вопил он. - Проверь - мой пистолет чистый. Мы тут ни при чем. Нас просто послали посмотреть, что тут творится. - А что тут творится? - спросил Чудновский как-то неестественно спокойно, что показалось особенно странным после его неистовых криков секунду назад. И тут только Жук и его спутник сообразили, что никакой это не спецназовец, не омоновец и не собровец, а просто какой-то псих с автоматом. Но было поздно. Безоружные боевики Корня ничего не могли поделать. Псих с автоматом может быть опаснее любого спецназовца.