— Я вела себя ужасно глупо. Не знаю почему. Надо было оставить в исправленном виде. — Она взглянула на игру. — Ого, отличный счет! Ты даешь! Не знала, что Пэкмен может набрать столько очков. Я никогда не поднималась выше тридцати тысяч.

Пэкмен снова двигался по экрану, Дэвид умело вел его. Он слопал очередной плод, и машина затарахтела, признавая поражение.

— Я пришла спросить, — продолжала Дженифер, потупившись, — можешь ты снова сделать, как вчера?

«Всегда они так, — подумал Дэвид Лайтмен. — Женщины». Его мама тоже частенько передумывала. Дэвид увернулся от Фиолетика и обошел его с другой стороны.

— Гм… Не знаю. Может не выйти.

— Почему?

— Гм… Не знаю. Они могли сменить пароль.

— Но могли и оставить. — Дженифер говорила по-прежнему мягко, но с настойчивостью в голосе. — Давай попробуем, а?

Он вновь представил ее в своей спальне, и Фиолетик, пролетев через лабиринт, схватил Пэкмена.

Дэвид в раздражении повернулся к Дженифер.

Глаза ее были неотразимы, когда в них читалась мольба.

— Пожалуйста, а? — сказала она.

Парень, конечно, со странностями, но умница, это точно. Если ему удастся сделать отметку, так что не придется торчать в летней школе, — ничего больше Дженифер Мак не надо.

Его родителей опять не было дома.

— А чем занимается твоя мать? — спросила она, перекатывая во рту леденец, когда он отпирал дверь.

— Агент «Двадцать первого века».

— Чего-чего?

— Фирма такая, по продаже недвижимости.

— А-а, — она оглядела гостиную. Комната очень напоминала их собственную гостиную и десяток других гостиных, где ей доводилось бывать. По крайней мере, диван и кресла не покрыты пластиковыми чехлами. Они прошли наверх в его комнату.

— Да, я забыла спросить. Как Герман?

— В порядке. Крутит колесо, я приспособил к нему динамо — обеспечивает меня электричеством.