
— Здорово, дед Лёвыч. Не знашь, Рипат-от мой иде балагается?
Аннет подхватилась с места: голос был нечеловеческий. Высокий, невесомый и нежный, такому б в концертном зале где-нибудь петь и уж, конечно, не на этом жутком деревенском диалекте!
— У пруде з Нежданкой.
— От бисова дытына! Зарас умучит мальчонку!
— Ны боись, Лурь-Иванна. Твой Рипатко ишшо полетает…
Как ни старалась Аннет, как ни плющила нос о стекло, разглядеть странную гостью с экзотичным именем Лурь-Иванна (Лукерья, что ли?) ей не удалось. Мешали кусты черноплодной смородины, растопырившие ветки надёжным зелёным забором.
— Слухай сюда. Не можно вже туточки оставаться. Тикать нада, Лурь-Иванна. Ося крутить пора.
— Думай, шо несёшь, сивый мерин! — отозвалась женщина. — Нежданка апосля того поляжет дён на восемь! Оно те нада?
— До Мыколы пристали, зарас не отвяжутся. А не можно нам с полицаями собачицца, сама знашь. Прокрутим ося, и — нехай тем гаденятам жаба цицьки даст!
Молчание.
— И то верно, — раздумчиво выговорила гостья. — А с девкой городской шо делать будем?
Аннет замерла, осознав, что говорят о ней! Ничего себе. Вот так, не спросясь, решают, что делать. Убьют?! Ужас!
— Нехай остаётся. Не впервой поди…
Голоса притихли до шёпота. Аннет лихорадочно соображала. Ося, значит, они крутить собираются, вот как. "Ну и пускай крутят… нехай, как они тут выражаются, злобно подумала Аннет. — Только без меня!" Она торопливо собралась, выглянула во двор. Во дворе, кроме кур, — никого. Куда ж все подевались? А, дед в сарае, гремит там чем-то. Аннет торопливо прошла за калитку. Вон она, гостья дедова, уходит себе по раздолбанной дороге…
Миниатюрная смуглая женщина в длинном, до пят, светло-лиловом плаще, совершенно нелепом в летнее пекло. Инопланетянка, как раз из тех, про кого в газетах статьи всякие пишут! Наверняка это из-за её тарелки летающей машина заглохла! Догадка потрясала своей правильностью. В самом деле, с чего бы глохнуть посреди дороги вовсе не изношенному мотору нормальной иномарки? Злость заглушила инстинкт самосохранения напрочь. Аннет заспешила следом за сестрой по разуму.
