– А это еще хуже! – всхлипнула изумительная летчица не менее изумительной машины.

Он осторожно погладил ее по шлему, но она вряд ли почувствовала это.

– Не плачьте, иначе я тоже расплачусь. Она мгновенно подняла голову и уставилась

на него. Видимо, любопытство было главной чертой ее характера.

– Вы? – удивилась она.

– Да. Мне тяжело смотреть, как вы страдаете. Наверное, я влюбился в вас.

Глаза ее распахнулись (от слез они были еще красивее), и ему захотелось поцеловать их. Но вместо этого он только прошептал:

– Вы очень красивая!

– Шутите! В институте я самая некрасивая!

– Что за институт? Манекенщиц, что ли? Она не поняла и этой шутки.

– Нет, истории древних веков… Но что мне теперь делать?

Глаза ее снова наполнились слезами.

– Я действительно хочу вам помочь. Почему вы мне не доверяете?

Она неожиданно прыснула. (В ее реакциях и поступках было много инфантильного.)

– Единственный способ вызволить меня из беды – взорвать машину, а после этого жениться на мне. И, как говорится в одной старой сказке, никогда-никогда не спрашивать, кто я такая!

Он сделал вид, что его одолевают трагические сомнения, затем сказал:

– Одно я готов сделать немедленно.

– Что? – она вновь вспыхнула от любопытства.

– Жениться на вас. Но вот относительно машины – не по-человечески. Я учился создавать машины, а не уничтожать их. Впрочем, что же это за машина такая?

– ТэТэСэ, – сказала она и, увидев выражение– недоумения на его лице, восторжествовала совсем как ребенок. – Вот видите! Вы даже не знаете, что такое TTC, a собираетесь починить мою машину! Темпорально-транспортное средство. В вашем веке это, кажется, все еще называют машиной времени.

Милая девушка, только давайте без выпендрежа! – сказал инженер.

– Без чего? – переспросила она.

– Ваше отношение ко мне огорчает меня. Вы что, на самом деле так быстро влюбляетесь?