Я заехал на стоянку, миновал целый ряд занятых мест, пока наконец смог втиснуть свой сверхширокий «бьюик» в сверхузкую щель между красным «триумфом» и белой «вольво». Я вышел из машины, поправил галстук и впервые внимательно посмотрел на здание, где мне предстояло трудиться. В прошлый, раз оно мне показалось безликим. В этот раз – тоже. Фасад был весь стекло и бетон, современное здание, хотя и не настолько современное, чтобы это придало ему индивидуальность. Несмотря на ее отсутствие, что-то меня в нем привлекло. Мне показалось, что оно выглядит дружелюбно, почти гостеприимно, и впервые с момента утреннего пробуждения я ощутил какую-то надежду. Может быть, не так уж плоха окажется эта работа.

На стоянку заезжали еще машины, из стильных дорогих автомобилей выходили мужчины и женщины в деловых костюмах и платьях и шли деловой походкой к зданию, размахивая портфелями.

Я пошел за потоком.

Во время своего первого интервью я заметил только помещение отдела кадров и конференц-зал, где проходило собеседование. Теперь я осмотрел вестибюль внимательнее. Здесь впечатление стерильной новизны чуть омрачалось износом здания. Я видел протертую на ковре дорожку, слой пыли на пластиковых пальмах и фикусах по сторонам двери. Даже от высокой конторки охранника при входе уже кое-где отставала и отскакивала деревянная отделка.

Люди целенаправленно шли через вестибюль, кивая охраннику и проходя мимо него к лифту. Я не знал, следует ли и мне поступить так же или сначала надо где-то отметиться, поэтому я подошел к охраннику.

– Извините... – сказал я.

Охранник смотрел сквозь меня, вроде бы не замечая моего присутствия. Кивнул проходящему мимо толстяку в массивных роговых очках:

– Привет, Джерри.

– Извините! – позвал я громче.

Глаза охранника сфокусировались на моем лице.