— Я рад, что ты вернулся, — сказал он, подойдя к костру.

— Надо будет раздобыть еды — наши запасы на исходе. Сомневаюсь, что мы найдем хоть одну уцелевшую деревню, поэтому придется поохотиться. А тебе, священник, придется поступиться своими правилами, чтобы не свалиться от голода.

— Могу я поговорить с тобой?

— Странный вопрос. А сейчас мы разве не разговариваем?

Дардалион отошел от костра, и Нездешний, со вздохом сняв котелок с огня, последовал за ним.

— Чего ты такой унылый? Жалеешь, что посадил нам на шею бабу с ребятней?

— Нет. Я хотел попросить тебя об услуге. Я не имею на это никакого права, но...

— Давай выкладывай, не тяни.

— Ты проводишь их к Эгелю?

— Так ведь и было задумано с самого начала. Что с тобой, Дардалион?

— Видишь ли... я скоро умру. — Дардалион отвернулся и пошел вверх по склону.

Нездешний догнал его. На вершине холма Дардалион рассказал ему о своей призрачной встрече с неведомым охотником. Нездешний выслушал его молча. Наука мистиков была для него закрытой книгой, но он знал, какой властью они наделены, и не сомневался в том, что Дардалион говорит чистую правду. Не удивило его и то, что за ним идет охота, — как-никак, он убил одного из них.

— Так вот, — заключил священник, — я надеюсь, что после моей смерти ты все-таки проводишь Даниаль с детьми в безопасное место.

— Ты сдаешься заранее, Дардалион?

— Я не умею убивать, а иначе его не остановишь.

— Где они ночевали?

— К югу от нас. Но тебе нельзя туда — их семеро.

— Но властью, по твоим словам, наделен только один?

— Насколько я знаю, да. Он сказал, что убьет меня, когда стемнеет. Пожалуйста, не ходи туда, Нездешний. Я не хочу быть причиной ничьей смерти.