Биллингс бросил пустую банку на дорогу. Нестерпимо ныл мочевой пузырь надо снова бежать в туалет.

Проходивший мимо сосед помахал ему рукой.

- Привет, Бобби Джек!

- Здорово, Люк! Как живешь?

- Регулярно.

- Продолжай в том же духе, Люк! - Он улыбнулся вслед уходящему соседу. Мочевой пузырь был настолько полон, что даже улыбка причиняла боль. Подождите меня, - бросил он репортерам. Агенты собрались последовать за ним.

- Оставайтесь здесь, - приказал Бобби Джек. - Никто не имеет права следить за мной, когда я писаю.

Однако он не стал входить внутрь, а прошел вдоль дома и помочился на стену. Молнию он застегивал уже по пути к репортерам. Тощая брюнетка выглядела так, словно только что проглотила лимон вместе с кожурой и всем остальным.

Это ее трудности, решил Бобби Джек. Или она думала, что мужчины вообще никогда не писают? А может, те, кто ее окружают, действительно лишены этого неудобства?

Он достал из заднего кармана банку с пивом и резким движением открыл ее. От рывка пиво брызнуло фонтанчиком. Бобби Джек быстро закрыл дырочку большим пальцем и направил струю на журналистов. Пенистая струя попала на полногрудую даму и осела на ее завитой, покрытой лаком прическе, словно капли росы на паутине.

Она стряхнула с волос капли пива - лицо ее исказилось от негодования.

- Ничтожество! - крикнула она.

- Либералка, парировал Бобби Джек.

- Ублюдок, - настаивала дама.

- Еврейка, - послышалось в ответ.

- Кретин, - использовала она последний аргумент.

- Сама подстилка для черномазого.

Она повернулась и пошла прочь, а он оценивающе посмотрел ей вслед и обратился к двум оставшимся журналистам, все еще вытиравшим пиво с лица.

- Ничего себе задница, - прокомментировал Бобби Джек, показывая пальцем на женщину. - Хотели бы такую заполучить?