- У него слепая жена? - перебил Толстиков рассказчицу.

- Точно, - обрадовалась женщина. - Слепая, как сова. А сам он какой-то очень странный и даже неприятный. В отличие от вас.

Знакомств ни с кем не заводит. Приходит с работы... а может, и не с работы, шмыг в дверь, только его и видели. Очень подозрительная личность.

- Спасибо, - поблагодарил Сергей Павлович за комплимент и, не давая ей развить тему об остальных странностях покойного и своих достоинствах, поинтересовался: - А в какой квартире они живут?

- Прямо надо мной, - ответила женщина и удивленно спросила: - Так вам кто нужен, Сидоров или Бурыгин?

- Вообще-то, мне нужна супруга Сидорова - Надежда Андреевна. Я из профсоюзного комитета консервного завода, - соврал Толстиков, чтобы не объяснять, какое отношение имеет погибший Александр Матвеевич к бывшему мужу слепой. - Там работает ее супруг, а Бурыгин - это двоюродный брат Сидоровой. Она очень долго его разыскивала. И вот он нашелся аж в самой Америке. У меня для нее письмо.

История об американском брате вполне удовлетворила всезнающую соседку Надежды Андреевны, и Сергей Павлович поспешил откланяться. Тепло попрощавшись, он поднялся на следующий этаж и позвонил в квартиру.

Открыли ему не сразу. Некоторое время из-за двери слышны были шорохи и шлепанье босых ног. Затем дверь чуть приотворилась и приятный женский голос спросил:

- Вам кого?

- Надежду Андреевну Сидорову, - ответил Толстиков и пояснил: - Я от вашего мужа, Александра Матвеевича.

Супруга Бурыгина оказалась немолодой женщиной со слоновьими ногами и большим студенистым телом, которое колыхалось от малейшего шевеления. Чтобы сильно не раскачивать телеса, она перемещалась по квартире медленно и степенно, отчего походка ее напоминала движение тяжелого боевого корабля.

Судя по всему, Сергей Павлович оторвал хозяйку от мытья пола - в прихожей стояло ведро с грязной водой и тряпкой.