
На рассказ Воронина о металлургическом комбинате в Череповце Давыдов реагирует: „Значит, и до Череповца добрались?“ Правя, Авторы усиливают негативность этой реакции: „И его, значит, в оборот тоже взяли…“
Вспомнив о бабах, Давыдов в черновике „покрутил носом“. Исправляется на „пошевелил бородой“.
О Сельме, увидев ее второй раз, Воронин думает: „Черты лица ее были скорее неправильны и грубоваты“. Авторы правят: „Лицо у нее было скорее неправильное и грубоватое даже…“ А вот описание ее ног („Они были длинные, гладкие, твердые“ и т. д.), которое в черновике находилось в этом месте (когда Сельма пришла к Андрею попросить сигарету), Авторы переносят ближе к началу — во время первого появления в романе Сельмы, когда ее, новенькую, привел ночью Кэнси. Описывая Сельму словами Андрея, Авторы позволяют себе в черновике: „…блядь и блядь…“, но потом правят: „…сучка и сучка…“ И позже в тексте нецензурное слово правится Авторами на „шлюху“.
Показывая Воронину транзистор, Сельма говорит: „На всех диапазонах один треск и вой, никакой музыки нет“. Авторы добавляют Сельме речевую характеристику: вместо „никакой музыки нет“ — „никакого кайфа“.
Высказанная Сельмой мысль об очеловечивании павианов кажется Воронину „не лишенной какого-то смысла“. Рядом идут „мысль“ и „смысл“, и Авторы заменяют „смысла“ на „рационального зерна“.
На вопрос Изи, что является целью руководства, Андрей отвечает: „Всеобщее благо, порядок, создание максимально благоприятных условий для работы…“ Правя черновик, Авторы заменяют „максимально благоприятных“ на „оптимальных“ и „работы“ на „движения вперед“.
О варианте изгнания павианов Изя заявляет: „…силенок не хватит“. Потом Авторы находят более точное: „…кишка тонка…“ О варианте сокрытия существования павианов Изя говорит: „Их слишком много, а правительство у нас пока, слава богу, не диктаторское“. Вторую половину фразы Авторы правят: „…а правление у нас пока еще до отвращения демократическое“. Павианов, заполнивших Город, Изя вначале называет „банды“, затем — „стада и шайки“. Кацман изображает восхищение, вначале „высоко задирая брови“, позже Авторы находят более точное: „…ударяя кулаком в ладонь“.
