— Он пьян. Спасайтесь оба, у него двустволка! В левом стволе картечь, в правом — жакан… или нет, простите, в левом жакан, а в правом картечь… кажется…, - таинственная тётя не желала слушать никаких оправданий.

Из дальнейших всхлипываний выткался затейливый драматический сюжет, в финале которого маячило как минимум два разнополых трупа.

Оказалось, некий рогоносец Василий, не ко времени вернувшийся с охоты, поймал белую горячку и кровью обидчиков решил смыть грехи легкомысленной жены. Исследуя блокнот красавицы, он обнаружил адрес сантехника…

По мелочам я и впрямь подрабатывал — в паре с одним способным прикладным математиком — но до ремонта канализации наш совместный бизнес серьёзно не дотягивал. Из чего следовало, что плаксивая тетка с какой-то низменной целью водит меня за нос.

Мысленно прокрутив длинный список знакомых придурков, я заключил, что сочинить подобную околесицу мог только Вениамин Моисеевич Липский, мой давний приятель и сокурсник по биофаку, пропавший из поля зрения когда руководство перевело нас на подножный корм. Имитатор он был от Бога, а идиотские розыгрыши и инфантильные выходки являлись неотъемлемой частью его жизни.

— Ладно, Веник, не напрягайся! Запах тебя сразу выдал, — ляпнул я наудачу. — Закусывать надо.

Сдержав очередной выдох, на другом конце провода призадумались.

— К тому же и чеснок не еда, а приправа! — мстительно добавил я, чувствуя, что подбил пятиклеточный корабль противника. — Люди говорили, ты женился на богатой и уехал в Израиль?

— Инсинуации, — разоблачённая тётя заговорила природным голосом. — И кто эти люди, говорливые, как секс по телефону? Ну был у меня скромный роман, переполненный неистовыми страстями, — он выдержал паузу, как бы предоставляя возможность вытереть завистливые слюни, — с одной гениальной поэтессой, Фаей Хаит. Хорошая девушка, интеллигентная. Съездил, познакомился с мамой и вернулся…

— Что же старушка? Мацу плохо готовит?