Луиза взяла обоих коней под уздцы и повела в стойла. Женевьева потащила за ней Мерлина, ухватив псину за ошейник.

В конюшне, позади западного крыла, было пусто. Даже двое мальчишек, которых оставлял вместо себя мистер Баттерворт, куда-то задевались. Копыта страшно гремели по брусчатке дворика, и между стенами перекатывалось эхо.

- Луиза, - несчастным голоском проныла Женевьева. - Мне это не нравится. Эти типы, которых папа привел, они странные!

- Знаю. Мама нам все объяснит.

- Так она с ними пошла.

- Ага.

Только теперь до Луиза дошло, с каким упорством мать отправляла их с сестрой подальше от отцовых друзей. Девушка огляделась, соображая, как же поступить дальше. Или мама за ними пошлет, или не ждать, а пойти самим? Папа захочет с ними поболтать... захотел бы, грустно поправила она саму себя.

И Луиза решила обождать. Благо дел в конюшне хватало - коней расседлать, расчесать, напоить. Сняв куртки, они с Женевьевой взялись за дело.

Первый вопль они услыхали минут двадцать спустя, когда убирали седла в кладовку, - дикий визг мучительной боли, перешедший в жалкое, замирающее всхлипывание. Крик был мужской, и от этого становилось еще страшнее.

Женевьева машинально вцепилась в сестру, и Луиза ощутила, как ее трясет.

- Ничего, ничего... - бессмысленно прошептала она, поглаживая сестренку по плечам.

Прокравшись к окну, они выглянули на двор, но там было пусто. Окна усадьбы были черны и пусты, поглощая свет Герцога без остатка и следа.

- Я пойду выясню, что там творится, - прошептала Луиза.

- Нет! - готовая разрыдаться Женевьева отчаянно вцепилась в нее. - Не оставляй меня! Пожалуйста! Луиза!

Луиза привычно прижала ее к себе.

- Хорошо, Джен. Я не уйду.

- Обещаешь? Честно-честно?

- Обещаю! - девушка поняла, что сама боится ничуть не меньше. - Но мы должны узнать, чего от нас хотела мама.