Поэтому Адкинсон и завел спор с военными диспетчерами. Процессорные глюки - невелика проблема, в системную архитектуру самолета было встроено столько резервов, что она могла пережить и почти полное зависание. Но потеря напряжения - дело совсем другое. Чепмен Адкинсон уже решил для себя, что если его все же заставят лететь обратно, он посадит самолет куда придется - и пусть ему потом загружают в лицензию любые выговоры. Не такая страшная зараза появилась на Ксингу.
- Чепмен, примите уточненные координаты для посадки, - датавизировал диспетчер с Гайаны. - Маршрут меняется.
- Куда теперь? - скептически поинтересовался Чепмен.
- База Сэпкоут. Вам готовят посадочное поле. Пассажирам придется остаться на борту некоторое время после посадки.
- Главное - сесть.
Пришли координаты и Чепмен скормил их бортовому компьютеру. Двадцать минут до Сэпкоута... можно дотянуть. Самолет завалился набок, огибая лежащий где-то за горизонтом в черно-серебряном жарком мареве город.
И тут глюки, словно по сигналу, обрушились на него. Цепи отключались с пугающей быстротой. Четверть систем на схеме перекрасилась в черный, оставив лишь призрачный контур там, где секунду назад значился вполне функциональный хардвер. Два задних компрессора с правого борта просто отключились от сети. Долетавший до Чепмена пронзительный вой становился все глубже по мере того, как замедляли свое вращение лопатки. Перешла в активный режим компенсационная программа бортового компьютера, но отключилось слишком много контрольных плоскостей, чтобы она могла чем-то помочь делу.