- Ладно, - проговорила Вои с тем спокойствием, какое может дать человеку только нейронный оверрайд. - Это разумно - не доверять незнакомцам последнюю надежду нашей цивилизации. Могу это принять. Рационально.

- Спасибо.

- Но мы можем помочь. Дайте нам шанс. Пожалуйста.

Последнее слово явно было не из тех, что слетают с этих губ часто.

Двери раскрылись. Широкие световые колонны освещали вестибюль, отделанный полированным черным камнем и извилистыми накладками белого металла. Тридцатилетней давности программа рукопашного боя прогоняла через себя данные с имплантированных сетчаток Мзу, определяя, не ведет ли себя кто-то подозрительно.

Алкад покосилась на высокую, аноректически сложенную девушку, размышляя, как быть дальше.

- Ваш отец пригласил меня к себе домой. Там мы сможем все обсудить.

Вои ухмыльнулась по-акульи.

- Для меня это большая честь, доктор.

Внимание Джошуа привлекла сидевшая за барной стойкой женщина в алой блузке. Слишком ярким был этот алый цвет, он словно светился. И покрой блузки был какой-то странный, хотя в чем заключается эта странность, Джошуа не мог бы определить точно, не было в ней... гладкости, что ли. Потом он сообразил, что блузка застегивается на пуговицы, а не на застежку.

- Не оборачивайтесь, - пробормотал он Болью и Дахиби. - По-моему, она одержимая. - Он датавизировал изображение, снятое с сетчатки.

Оба, конечно, обернулись, чтобы посмотреть самим. Болью вообще устроила из этого спектакль - она развернула свое массивное тело вместе со слишком тесным стулом, поблескивая в неярком свете полированными боками.

- Господи! А посерьезнее нельзя?

Женщина одарила всех троих скромно-вопросительным взором.

- Точно? - переспросил Дахиби.

- По-моему, да. Что-то с ней определенно не так.

Дахиби промолчал; он уже видел интуицию Джошуа в действии.

- Можем проверить, - предложила Болью. - Подойти к ней и проверить, не начнут ли глючить процессоры.