Октон взял Мир, лежащий на его груди, и сел в постели.
— Хорошо, вы все видите тень. Она появилась недавно. Я провел некоторое время, изучая ее, и пришел к определенному выводу. Слезы затуманены одной тенью. Понимаете? Одна и та же сила находится внутри каждой.
— Но откуда она? — Некрос показал себе под ноги, в потолок, описал рукой круг. — Из-под земли? С неба? Из-за океана?
— Нет, не так просто. Она извне. У каждого из вас будет время, чтобы попытаться понять. Но что бы это ни было, оно приближается, хоть и медленно.
— Но это... враг?
— Враг? Скажем так — нечто другое, чуждое нам.
Чары замолчали, пытаясь понять, о чем говорит Октон, а старик наблюдал за ними, ощущая, как от Мира по его рукам расходится мягкое живительное тепло.
— И что дальше? — спросил, наконец, Сол. — Мы берем свои слова назад, вы правы — что-то грядет, — он пожал плечами. — Ладно, когда оно появится, мы, аркмастеры, разберемся с ним. Что дальше, Владыка? Сейчас мы отдадим вам Слезы, вы вернете их в Мир и...
— Кому вы передадите его?
Последние слова произнес Некрос, после чего все замолчали. В наступившей тишине Октон Маджигасси сказал:
— Каждый из вас получил Слезу, которая наиболее отвечает духу его цеха. Слезы усилят вас. Никто не получит Мир. Он исчезнет. Чтобы найти обруч, вам придется объединиться — и тогда вы сможете противостоять чуждой силе. Или вы попытаетесь добыть его поодиночке... Но тогда Аквадору конец.
«Старик! Где ты собираешься спрятать Мир? Отправишься в дальнее путешествие? Но ведь ты умираешь!» — эти слова, произнесенные Солом Атлеко, все еще звучали в голове Октона, когда четверо покинули его спальню. Возможно, узнав, что он задумал, трое чаров попытались бы убить Владыку. Он видел ненависть Сола, злость Некроса, холод в глазах Гело — но их остановило присутствие остальных. Заполучив Мир, им пришлось бы сражаться с каждым из аркмастеров, чтобы завладеть Слезами, без которых обруч терял часть силы. Хотя даже сейчас Мир оставался символом власти над Универсалом, владение им и всего лишь одним парангоном давало немало...