Он даже не поднял головы, когда приближающиеся шаги замерли перед его столом. Он продолжал писать изящной ручкой список постоянно прибывавших посетителей на листе, лежащем рядом с журналом.

- У меня бронь, - сказал мужской голос. - Пол Форман.

- Очень хорошо, - ответил клерк, вписывая еще одну фамилию. Он остановился полюбоваться ровными завитками букв "П" и "Л".

Вдруг он ощутил, что его руку поймала и держала другая, более сильная. Ручка застыла. Странная хватка: его рука, словно муха, которую поймали, но не сдавили.

Удивленный, немного испуганный, клерк поднял глаза. На него смотрел высокий молодой человек с одной рукой, той, которая так крепко его держала.

- Сэр? - спросил он. Голос звучал немного выше, чем он хотел бы.

- Я уже сказал, - терпеливо объяснил мужчина, - что имею бронь. Пол Форман.

- Да, сэр. Конечно. - Клерк сделал еще одну попытку высвободить руку. Нехотя мужчина отпустил.

Служащий быстро нашел имя.

- Да, сэр. Вот. Одноместный номер. Интерьер?

- Современный.

- Конечно, мистер Форман. Комната 1412. Лифт слева за углом. Я прослежу, чтобы багаж был немедленно доставлен. Спасибо.

Но высокий однорукий мужчина уже шел к лифту. Клерк посмотрел ему вслед и затем снова на свою руку. Он пошевелил пальцами. Ему раньше не приходило в голову, как чудесно устроены пальцы.

Наверху, в комнате 1412 Пол разделся и принял душ. Когда он вышел из ванной, его единственный чемодан стоял в номере у стены. Полуодетый, он взглянул на себя в зеркало. Оно отражало его худое сильное тело с мышцами, расслабленными после душа. Выше пояса его грудь и плечи лоснились от загара.

Тонкие шрамы после пластической операции стали почти незаметны. Прошло восемь месяцев после случая на шахте ранней весной. Тогда был март. Свежий ветер дул с Мичигана.

Обрубок его левой руки выглядел убого. Не только потому, что рука уже не могла ему помогать, но в сравнении с правой, которая осталась.