Пол подошел к краю платформы, где сидел оператор.

— Привет!

Человек взглянул вниз.

— Я новичок. Пол Форман, — представился Пол. — Готовы расслабиться?

Инженер выполнил несколько быстрых движений на пульте. Его короткие толстые пальцы были очень активны. Он отклонился в кресле, потянулся.

Затем встал, повернув крепкое, дружелюбное лицо к Полу:

— Пол? А фамилия?

— Форман. Пол Форман.

— Принято. Пэт Тисли.

Он протянул маленькую квадратную ладонь для рукопожатия. Они поздоровались.

У Тисли был австралийский акцент. Тот характерный акцент, из-за которого австралийцев несведущие жители Северной Америки называли «кокни» — лондонец из низов, — приводя их тем самым в ярость. Этот штрих успокаивающе подействовал на Пола.

— У тебя вид прилежного студента, пришедшего на занятия, — сказал Тисли.

— Неплохо сказано, — ответил Пол.

— Хорошо. Ниже восьми градусов по вертикали никаких проблем и лишних манипуляций. Однако следи за движением вагонеток, наполненных рудой, выше. Ствол номер один.

— Технический дефект?

— Не совсем так. Они заклинивали как раз над крышкой люка номер восемь, в шестидесяти футах от выхода. Разрез шахты маловат, но его нельзя расширить, пока мы не начнем другой через сто пятьдесят часов. Мы проходим по нему дважды, чтобы повернуть технику на колею.

— Ладно. Спасибо, — поблагодарил Пол.

Он обошел Тисли и сел за пульт, взглянув на коротышку:

— Может, встретимся сегодня вечером в баре?

— Может быть, — медленно проговорил Тисли, не поднимая глаз. Ответ прозвучал твердо, с достоинством, но в то же время по-свойски. — Ты закончил колледж в Америке?

— В Колорадо.

— Есть жена, семья?

Пол покачал головой. Его руки уже двигались, знакомясь с пультом.

— Нет, — ответил он. — Я холост и сирота.