— Да нет, — полуобернувшись, промолвил Егор. — Вдруг гопник какой в бар заскочит, да и умыкнет в два счета?

— А, ну да, — кивнула женщина. — Гопников в Ростове много.

Двадцативосьмилетний Егор Киреев, хозяин букинистической лавки "Погребок Аль-Хазреда", был дизайнером-полиграфистом согласно ламинированному университетскому диплому, и — некромантом высшей категории, если верить покрытому огненными словесами пергаменту, подписанному Темным магом Тасканом. Какая из этих специальностей — основная, Егор и сам не смог бы с точностью сказать.

Скорее уж, некромантия, поскольку найти приличную работу по той профессии, за освоением которой Киреев провел пять лет в общении с завзятыми взяточниками, можно было разве что по большому блату. Все более-менее стоящие заказы перехватывал широко известный "гений" дизайна, носивший редкую фамилию Циферкин. Работы Циферкина, все, как на подбор, являли собой редкостное дерьмо, но заинтересованные лица продолжали по инерции обращаться к нему, по той лишь причине, что Циферкин, хоть и лажал один проект за другим, был единственным в городе дизайнером, чье имя знали не только те, для кого он делал эти проекты. Интересно, как сложилась бы его судьба, прознай кто-нибудь из заказчиков, какими эпитетами снабжают это имя читатели ростовских глянцевых журналов, содержание которых, к слову сказать, было немногим лучше оформления.

Так что графическим редакторам Егор Киреев обращался гораздо реже, чем к наполненному кладбищенской землей жезлу и заряженным черной энергией тартара шипастым магическим бомбочкам. А ультрасовременный компьютер, в памяти которого содержались эти самые редакторы, он использовал, в основном, для поиска в Интернете информации о редких фолиантах. Да еще поигрывал время от времени во всевозможные виртуальные развлекалочки, и все как одна игры, имевшиеся у него дома, были посвящены истреблению оживших покойников и прочих сверхъестественных тварей. Чтобы не забывать о том, какова его "основная профессия"…