Получилась отличная засада. Любопытствующие младшекурсники стали дополнительной приманкой. Спикировавшие с потолка твари целили в них, а вляпались в натянутую поперек коридора сеть. И в липкую сладость, размазанную по стенам. До того, как кошмарики выпутались из кучи-малы, Вольду и парочке добровольных помощниц, развеселых целительниц, тоже посещающих занятия мастера Эйден, удалось посадить в запасенную клетку ровно шесть штук. Двоих синих, трех розовых и одного желтого.

Отлично.

Разноцветный клубок бесновался всю ночь, заставляя клетку подпрыгивать и дрожать, не давая спать соседям. Рыжий в конце концов просто выпихнул кошмариков за дверь.

На следующий день они гордо водрузили добычу на непривычно заставленный какими-то колбами преподавательский стол. Следом вошла мастер, неся похожую клетку, в которой суетились какие-то белые зверьки.

— Рассаживаемся, — располагая ношу рядом со студенческой клеткой, сказала она.

В этот раз ее длинная коса была заплетена по-другому, и уложена на затылке. Волосы золотись на солнце и Вольд невольно залюбовался. Необычный цвет.

— Так, кто-нибудь знает, что это за зверьки? — спросила преподавательница.

Синица вздернул руку, но ответила, повинуясь кивку, его соседка, одна из целительниц:

— Белые хорьки, звери, используемые в экспериментах с ядами.

— Почему используют именно их?

— Потому что их реакция на различные вещества наиболее близка к человеческой.

— Да, верно, но все же уточню. Не только человеческой, но и всей Младшей Ветви Древа разума. Конкретно эти животные относятся к классу десятичных, то есть соотношение смертельной дозы для хорька и для человека составляет один к десяти.

— А это что такое? — тонкие пальцы пробежали по ряду разноцветных фиалов.

Тут уж Вольд не выдержал и вскочил, торопливо выпалив:

— Тесты на токсичность!