Вольд прищурился насмешливо:

— Ага, договорились. А вы помните, сколько вы мне должны? За прошлый раз? — и протянул руку. — Ну?

Гости смущенно переглянулись.

— Ну…

— Нет денег — нет работы, — категорично заявил Вольд, и выпихнул обоих за дверь. Те не очень-то сопротивлялись, только хором заметили:

— Мы еще зайдем, попозже.

— Ну ты даешь! — вынырнул из-под одеяла его сосед по комнате, рыжий Ринан.

— Ага, а ты думал! Я очень, очень важная персона! — Синица снова с ногами взобрался на кровать, погружаясь в записи.

— А все же интересно, кто она такая… — пробормотал парень. — Но и о заданиях забывать не следует… какой позор!

И в комнате по адресу: общежитие, третий этаж, левое крыло, седьмая дверь, вновь воцарилась тишина, прерываемая только легким похрапыванием и шелестом бумаги.

Для магистра Леснида лучшие дни давно миновали. А если учесть, что он и в молодости красотой не блистал, то превращение его в толстого, краснолицего, слегка облысевшего типа с дурным характером было закономерно.

Впрочем, учителем он был неплохим.

Поэтому Синица читал делом если не чести, то хотя бы достоинства выполнять его задания вовремя. В связи с этим самоотверженным решением он сейчас стоял перед массивной дверью кафедры Алхимии, собираясь постучать и вручить магистру очередное сочинение.

За дверью послышались голоса, и парень опустил руку. Раздраженный рев учителя ни с чем не спутаешь. Лучше подождать. И послушать, чтоб в разговоре потом ненужных тем не поднимать.

— Господин директор!! Я не согласен! Да после защиты ее диплома комиссию в полном составе лечили от боязни замкнутого пространства! А мастерский патент стоил мне полноценного ремонта лаборатории! Она больше десяти лет где-то шаталась, пренебрегая своим долгом! Всем долгами! Она безалаберна, неаккуратна и совершенно не уважает труды авторитетных исследователей…

— Не волнуйтесь, магистр, — это директор, причем гораздо тише, — магистерский уровень леди Эйден будет защищать под моим патронажем.