
Горгулья вздохнула, положила у порога свернутые в рулон свежие газеты и, тяжело взмахнув крыльями, взяла курс на свое гнездо. Она очень любила наблюдать за грозой, но еще больше любила делать это в тишине и покое, закутав лапы в теплый клетчатый плед.
Глава 2
Каждый народ имеет такую историю, на какую у него хватает фантазии.
На западной окраине Булли-Толли раскинулось обширное поместье герцогов Кассарийских. Обширно оно было до такой степени, что злые языки утверждали, будто это столица Тиронги примостилась на окраине огромного имения. И как ни прискорбно было его величеству Юлейну сие признавать, но преувеличивали они самую малость. Уже по такой причине вполне логично и даже справедливо было не любить гордых властителей замка Кассар. Но у граждан Булли-Толли для веками существующей неприязни находилась причина еще более веская: герцоги Кассарийские являлись потомственными некромантами.
В незапамятные времена два брата, основатели древней династии Гахагунов, один — великий полководец, а другой — не менее великий чародей, пришли к правлению в крохотной нищей Тиронге и в кратчайший срок расширили и укрепили границы государства. К тому дню, когда они передали власть своим сыновьям и наследникам, их страна считалась чуть ли не самой большой и уж точно самой могущественной в известном мире.
Что до мира, то с течением лет географические карты существенно изменялись, и на их изготовление шло все больше бумаги. В столичном Булли-Толли все чаще возводились особняки для заграничных посольств, но Тиронга оставалась влиятельной и непобедимой, как встарь, потому что у руля государства всегда стояли не только разумные политики и удачливые полководцы, но и хитроумные маги.
Оба правителя долгое время были совершенно равноправными, и даже в парадном зале королевского дворца возвышались два одинаково великолепных трона. Один — золотой, Львиный — для полководца; а второй — черный, сверкающий бриллиантовой росой — для чернокнижника.
